Как американская старость работает на машину смерти.
Кто платит за войны, где каждый день гибнут люди, чьи имена не успевают попасть в сводки, потому что следующий взрыв стирает предыдущие?
Кто дает деньги на вирусные атаки, которые ползут по планете быстрее, чем системы здравоохранения успевают объявить тревогу, унося жизни на всех континентах без разбора паспортов? Кто щедро спонсирует разработку и производство вакцин, а потом получает с них миллиарды, пока пациенты лежат в реанимации под капельницами, оплаченными из тех же источников?
Никто из тех, кого принято подозревать: ни Пентагон, ни теневые олигархи, ни крупные корпорации. Все это финансирует обычный американец, который утром пьет кофе, днем смотрит футбол, а вечером проверяет выписку со своего пенсионного счета, не подозревая, что каждая цифра в ней — это доля в бомбе, ракете или вирусном контейнере.
Его ежемесячные отчисления, которые он воспринимает как страховку от нищеты в старости, на самом деле являются топливом для двигателя, который никогда не выключают: ни в Пентагоне, ни в лабораториях, ни на круизных лайнерах. Он даже не догадывается об этом! Потому что система не любит, когда ее пассажиры заглядывают в машинное отделение.
ОРУЖЕЙНАЯ ПЕНСИЯ
У каждого работающего в США есть пенсионный счет — 401(k) или IRA, и эти деньги не лежат мертвым грузом, а работают, перетекая из фондов в акции крупнейших компаний, чьи штаб-квартиры сверкают стеклом над Вашингтоном.
В первую очередь деньги идут к тем, кто кормится от войны: Lockheed Martin, RTX, Northrop Grumman, General Dynamics и Boeing — «большая пятерка» американского военпрома, чей совокупный годовой доход достигает 800 миллиардов долларов. Пенсионные фонды — JPMorgan, State Street, BlackRock — собирают сбережения миллионов граждан США и направляют их в акции этих гигантов. Из каждой тысячи долларов на счету рядового американца от 40 до 43 прямо сейчас работают на войну.
Когда где-то в мире стреляют, акции Lockheed Martin идут вверх, и в 2025 году они подскочили на 40 процентов, а бумаги RTX — на 56, и пенсионер из Флориды видит прибавку, которой не ждал, и довольно кивает. Он не знает, что эта прибавка — бомба, упавшая на школу в Йемене, или ракета, вошедшая в корпус больницы в Газе.
Связь прямая, как трасса меж штатами, но он предпочитает смотреть на приборную доску, а не в зеркала заднего вида. Так спокойнее.
КРУИЗ КАК ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА
На полученные дивиденды американец едет в круиз, потому что дом престарелых в США стоит 10 тысяч долларов в месяц, а двухнедельный круиз на двоих — всего 4 тысячи, и система подталкивает его к выбору, который выглядит как отдых, но является продолжением той же механики.
Колумнист The Hill Джейсон Харрис сказал точно: «Пожилой американец выбирает — платить за сиделку или купить билет на лайнер за полцены, и система знает, что он выберет круиз, потому что дешевле».
Но прежде чем оказаться на палубе, пенсионер летит к порту отправления, и его самолет окрашен в цвета корпорации, которая производит бомбардировщики. Он летит на Boeing!
ТАКСИ ДЛЯ СТАРИКА, БОМБА ДЛЯ ПЕНТАГОНА
Boeing — пятый элемент «большой пятерки», та же компания, которая собирает истребители F-15 и ракеты для систем глобального слежения, и она же выпускает гражданские лайнеры, на которых миллионы американцев добираются до Майами, Лос-Анджелеса и Нью-Йорка.
Корпорация зарабатывает на каждом билете пенсионера, который летит навстречу вирусу, даже не подозревая, что в багажном отсеке экономики лежит его же конверт с дивидендами от оборонных контрактов, позволяющих Boeing не закрывать авиастроительную линию.
В 2020-2021 годах пассажиропоток компании упал из-за пандемии, но ее оборонный портфель вырос на 20 процентов. Деньги просто перетекли из одного кармана в другой.
ПЛАВУЧАЯ БИОЛАБОРАТОРИЯ
Круизный лайнер — идеальное место для распространения заразы: замкнутое пространство, тысячи пассажиров, общие рестораны, бассейны и вентиляция, которая гоняет один и тот же воздух по всему судну, как по общему легкому.
Вспомним 2020 год: лайнер Diamond Princess стоял в порту Иокогамы, на борту находились 3711 человек, и в начале рейса был один зараженный, а через две недели карантина заболели 712, из которых 14 умерли.
Новости заполонили экраны, акции круизных операторов рухнули на 70 процентов, и почти сразу Pfizer и Moderna объявили об ускоренной разработке вакцин. Инвесторы бросились скупать фармацевтические бумаги.
Система не оставляет следов, но следы остаются на коже тех, кто выжил, и в могилах тех, кого нет, а где-то в цифровых архивах пенсионных фондов тикают счетчики, прибавляя центы к каждому новому заражению. Это конвейер, и он работает без выходных.
ЛАЙНЕР – ПАНИКА – ВАКЦИНА – ПРИБЫЛЬ
Шаг первый — инкубация на борту, где один зараженный дает экспоненциальный рост за 7-14 дней.
Шаг второй — информационный триггер, когда карантин судна попадает в массовые эфиры и упоминаемость вакцин в СМИ увеличивается на 400-600 процентов за 72 часа.
Шаг третий — рыночный ответ: акции круизных операторов падают на 30-70 процентов, а фармацевтические компании фиксируют небывалый интерес инвесторов.
В 2020-2021 годах акции Moderna выросли на 2 тысячи процентов, а Pfizer — на 60 и, по данным Morningstar, пенсионные фонды США держали 82 процента акций Moderna — деньги того же самого пенсионера.
Шаг четвертый — вакцинация как двойная транзакция, когда пенсионер оплачивает препарат и как налогоплательщик, и как держатель акций, получающий дивиденды от роста.
Шаг пятый — замыкание петли. Когда спрос на круизы восстанавливается, операторы внедряют системы биобезопасности — HEPA-фильтры, бесконтактные технологии, — и эти системы поставляют те же военно-промышленные подрядчики. Американский пенсионер верит, что уровень защиты теперь как в Пентагоне, и покупает билет.
Вера дешевле правды, а правда слишком дорого стоит для человека, который уже заплатил за все, что мог.
ПРОРОЧЕСТВО И ТИШИНА
Рэй Брэдбери, который видел будущее не через телескоп, а через человеческую душу, однажды написал: «Мы сожжем книги, но огонь не уничтожит знания — он уничтожит страх перед знанием». Сегодня не жгут книги — сегодня жгут жизни, и огонь этот питается не бензином, а пенсионными долларами, тихо капающими из счетов тех, кто когда-то верил в честную старость.
Представьте себе пожилого человека в Майами, который сидит на балконе, смотрит на океан и видит на горизонте огни круизного лайнера, не зная, что этот лайнер — его собственный гроб, обитый бархатом иллюзий, и что кислород в его легких уже смешан с вирусом, который привезут завтрашние пассажиры. Он чувствует солнце на лице, запах соли и слышит крики чаек.
В этот момент где-то в Пентагоне обновляется портфель акций, а в лаборатории Moderna считают, сколько доз можно продать, если сегодня заболеет еще тысяча человек…
ХРОНОМЕТР КАПИТАЛА
Три крупнейших пенсионных фонда США вкладываются только в то, что приносит максимальную прибыль, а максимальную прибыль сегодня приносят войны, авиаперевозки, круизы и вакцины, и все четыре потока запитаны от одного источника — пенсионных накоплений рядового гражданина США.
Boeing перевозит пенсионера к лайнеру, лайнер заражает его, фармкомпания лечит — или не лечит, это не важно, — а оборонный контракт защищает то, что осталось, и каждый шаг этого маршрута приносит дивиденды на тот же самый пенсионный счет.
76 миллионов пенсионеров голосуют за политиков, обещающих «сильную Америку», и не видят связи между бомбой, упавшей на чужую школу, и зелеными плюсами в своей выписке. Или делают вид.
Никколо Макиавелли сказал, что люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества. Американская пенсионная система стоит на этом принципе, как на фундаменте. Машина смерти работает без перебоев без отпусков и без угрызений совести, потому что совесть не входит в стандартную комплектацию пенсионного портфеля.
И главный винтик в этой машине — пенсионный доллар гражданина США. Тихого и законопослушного. Возможно, он прямо сейчас открывает выписку на своем планшете, пока лайнер отчаливает от причала, а где-то над горизонтом заходит на цель бомбардировщик, оплаченный его будущим отдыхом…